страница об: иммиграция в Китай авиация | иммиграция | туризм | работа | на главную

Китай, Cеверная Корея, беженцы
ИНТЕРЕСНОЕ
НОВОСТИ САЙТА
АРХИВ!!!
ПЛАКАТ
НУДИСТЫ
НЕЛЕГАЛ
ВЕРНИСАЖ
ФОТОАЛЬБОМ
ФОТОГАЛЕРЕИ
ОБЪЯВЛЕНИЯ
НОВОСТЬ ДНЯ
ЗАМЕТКИ ЭМИГР
ВКУСНАЯ КУХНЯ
ИММИГРАЦИЯ
АВСТРАЛИЯ
БЕЛЬГИЯ
ВЕНЕСУЭЛА
ГРЕНАДА
ГРЕЦИЯ
ДАНИЯ
ИТАЛИЯ
ИСПАНИЯ
ИСЛАНДИЯ
ИРЛАНДИЯ
КАНАДА
КИТАЙ
ЛИХТЕНШТЕЙН
ЛЮКСЕМБУРГ
НИДЕРЛАНДЫ
НОРВЕГИЯ
ПОРТУГАЛИЯ
ПОЛЬША
РОССИЯ
США
СЛОВЕНИЯ
ТУРЦИЯ
ФИНЛЯНДИЯ
ФРАНЦИЯ
ЧИЛИ
ШВЕЦИЯ
ШВЕЙЦАРИЯ
ЭКВАДОР
ЮАР
СТРАНЫ В/Е
СТРАНЫ Л/А
БЕЖЕНЕЦ
ИСТОРИИ БЕЖ
ОСТОРОЖНО!
РЕЙТИНГ СТРАН
РЕКОМЕНДАЦИИ
БЕЖЕНЦЫ СУДЬБЫ
КУДА БЕЖАТЬ?
ДО 18, КУДА?
ДЛЯ ДЕВУШЕК
ЦЕНЫ
СЛОВАРЬ
С ЧЕГО НАЧАТЬ?
ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
ФОРУМ
ПИСЬМА
ПОДРОБНОСТИ
О КОМПАНИИ
КАТАМАРАН
МАГАЗИН
ССЫЛКИ
СОФТ
СВЯЗЬ С НАМИ
ПОЧТА@API
иммиграция Эквадор

иммиграционный сайт компании Al-Pary invest
 Китай, Cеверная Корея - беженцы - 2

Остальные беженцы зарабатывают на жизнь разнообразной поденной работой. Наиболее типичными занятиями являются работа официанткой в столовой, подсобным рабочим в ресторане или на стройке, домашней прислугой, батраком у богатого крестьянина. 18% обследованных весной 1999 года беженцев получало за свой труд деньги, а 12,4% - работало просто за кров и питание. К последней группе надо добавить и 10,7% беженцев, которые живут в Китае у своих родственников - можно предположить, что они также активно помогают по хозяйству приютившей их семье, фактически отрабатывая таким образом свое питание и кров. Как правило, в качестве работодателей выступают этнические корейцы, что и понятно: китайским языком беженцы, как правило, не владеют. 

В целом нанимать беженцев на работу небезопасно. В пограничных провинциях действует система штрафов - от 1 до 5 тысяч юаней - за укрывательство беглецов или наем их на работу. Однако нельзя не отметить, что в своем большинстве беженцы с огромной симпатией говорят об отношении к ним местного населения - как корейского, так и китайского. В интервью с беженцами часто можно прочесть о том, как, несмотря на все официальные запреты, совершенно незнакомые им местные жители снабжали их едой и одеждой, помогали добраться до нужного места, брали на работу даже тогда, когда особой необходимости в рабочих руках не было, давали на несколько дней приют в своем доме обессилевшим от голода путникам. Вот рассказы, выбранные в самом буквальном смысле слова наугад: "Мы вчетвером (четыре беженки, только что переправившиеся через Туманган - А.Л.) подошли к одному из домов. Ворота были закрыты, но хозяин зажег свет и пригласил нас войти. Мы рассказали о нашем положении, и [хозяин] сказал, что, раз дела обстоят так, мы можем поесть и остаться на ночь". Вот другой пример - потерявшая при переправе через Туманган дочь беженка выбралась на китайский берег: "Когда рассвело, меня увидел старик, который пришел к реке ловить рыбу. Он подошел ко мне, выслушал мой рассказ, и отдал мне ту еду, которая у него была. Он дал мне 10 юаней и объяснил, как добраться до места". Подобных историй в интервью с беженцами можно найти сотни. 

На первый взгляд, наиболее логичным решением проблем для большинства беженцев был бы уход в Южную Корею. Однако такие случаи носят единичный, исключительный характер. Вызвано это рядом причин, самой важной (но не единственной) из которых является откровенное нежелание самой Южной Кореи видеть беженцев у себя. Поскольку беженцы находятся на территории КНР нелегально, выехать в Южную Корею официальным путем, с надлежащим образом оформленными документами, они не могут. В тех случаях, когда беженцу удается каким-то образом установить контакт с южнокорейским посольством или консульством, его встречают там отнюдь не с распростертыми объятиями, хотя Сеул по-прежнему официально считает, что все граждане "само провозглашенной" КНДР являются, по определению, гражданами Южной Кореи. Понятно, что подобная осторожная позиция во многом вызвана желанием избежать проблем в отношениях с Китаем. Однако у пассивности Сеула есть и иные, более серьезные, причины: ясно, что беженцы - в своей массе малообразованные крестьяне - имеют очень мало шансов на то, что им удастся успешно ассимилироваться в южнокорейское общество. Оказавшись в Южной Корее, они, скорее всего, станут дополнительным источником социальных проблем и на всю жизнь останутся на казенном довольствии. Подтверждением этому служит опыт тех перебежчиков, которые добрались до вожделенного Сеула: на конец 1999 г. примерно 50% всех находившихся в Южной Корее перебежчиков с Севера были безработными. 

Из этого правила возможны три исключения. Во-первых, южнокорейские организации и "органы" охотно помогают перебраться в Сеул тем из беженцев, которые представляют какую-то разведывательно-информационную или пропагандистскую ценность. Во-вторых, шансы имеют и те беженцы, у которых в Сеуле или в странах Запада есть родственники, готовые помочь с переходом границы и обеспечить дальнейшее путешествие по китайской территории (удовольствие это не из дешевых, а успех отнюдь не гарантирован), и похлопотать об оформлении необходимых для въезда в Южную Корею документов. В-третьих, известно и несколько случаев, когда беженцам удавалось просто поднять шум и привлечь, таким образом, к себе благожелательное внимание южнокорейской прессы. После этого властям не оставалось ничего другого, как впустить их в страну. 

Однако большинство беженцев вовсе не планирует отправляться в Южную Корею (возможно, потому, что понимает несбыточность подобных планов). Заметная их часть хотела бы осесть в Китае и со временем как-то легализоваться там, в то время как другая часть воспринимает свое пребывание в Китае как временное. Их цель - спастись от голода, продержаться до конца трудных времен, а по возможности - и подзаработать немного денег, чтобы помочь своей семье, бедствующей в Северной Корее. Несколько оправившись от голодовок, и обзаведясь небольшими сбережениями, такие беженцы отправляются в обратный путь. 

Отношение китайской полиции и администрации к беженцам меняется в зависимости от политической конъюнктуры. Власти КНР отказываются официально признать за северокорейцами статус беженцев , и рассматривают их как обычных нелегальных иммигрантов, которые находятся на территории КНР незаконно и посему подлежат депортации. Несмотря на такую официальную позицию, в большинстве случаев китайская полиция смотрит на присутствие северокорейских нелегалов сквозь пальцы. В целом терпимо относятся местные власти и к деятельности южнокорейских общественных (главным образом - религиозных) организаций, которые занимаются помощью беженцам. Тем не менее, китайская сторона время от времени проводит операции по "зачистке" поселков, выявлению и высылке беженцев. В частности, такая кампания проводилась весной 2000 года и привела, по сообщениям южнокорейской печати, к депортации примерно 10 тысяч человек за период с 15 марта по 15 июня. 

Вплоть до начала 1990-х годов переход границы считался в КНДР тяжким государственным преступлением, за которое полагалось суровое наказание - до расстрела включительно. Однако после 1996 года северокорейские власти существенно смягчили свою политику в отношении пойманных беглецов - вероятнее всего, из-за их крайней многочисленности и явного отсутствия политических мотивов в их поведении. По сути, нелегальный переход границы сам по себе в КНДР сейчас воспринимается как достаточно мелкое правонарушение. Хотя есть отрывочные сведения о показательных расстрелах перебежчиков, эта мера применяется лишь в порядке исключения, к тем из них, кто (с основаниями или без оных) был обвинен в шпионской и подрывной деятельности. Большинство же из тех, кого задерживают при переходе границы, отделывается лишь коротким заключением в специальном проверочном центре. Такая же судьба ожидает и тех, кто попадает в руки китайской полиции и депортируется обратно в Северную Корею. От неудачливых перебежчиков требуют признания в сотрудничестве с южнокорейским спецслужбами и иных серьезных грехах, но делают это, похоже, без особого рвения, так что большинство задержанных, пройдя проверку, через несколько недель выходят на свободу (и, случается, тут же опять переходят границу). 

С внешнеполитической точки зрения беженцы представляют из себя немалую проблему для всех заинтересованных сторон (при этом о самих беженцах всерьез беспокоятся только некоторые общественные организации). Для Пхеньяна, их существование является лишним напоминанием о полном крахе пресловутой "чучхейской экономики" и бедственном положении подавляющего большинства народа. Кроме того, беженцы, возвращаясь в Северную Корею, приносят с собой нежелательную информацию о жизни в других государствах. У властей Китая наличие на территории страны многих десятков, а, возможно, и сотен тысяч нелегальных иммигрантов также не вызывает особого восторга. Южнокорейские власти также находятся в непростом положении. С одной стороны, им приходится что-то делать для беженцев, которые являются их соотечественниками и даже, теоретически, гражданами. С другой стороны, принимать беженцев у себя южнокорейские власти не хотят, отлично понимая, что этот акт гуманизма в перспективе обойдется им весьма дорого. 

Travel.Ru, А.Н.Ланьков

2001-01-01

При копировании ссылайтесь на автора или же на сайт.

работа | на главную

http://www.wals.narod.ru/china-5.html

Китай иммиграция
©2001 "Al-Pary invest"
Hosted by uCoz